Проклятие цыганской усадьбы

Проклятие цыганской усадьбы

Этот странный и вычурный дом с лепниной, стрельчатыми окнами и миниатюрными балкончиками, на которых едва ли смог бы поместиться кот, стоял в самом центре оживлённой улицы. 

Дом обнесён был высоким забором и, кроме того, закрыт был со всех сторон разросшимся старым садом, сквозь густо переплетённые ветви деревьев едва проглядывали пара балкончиков и часть крыльца. 

Дому было много лет. Поговаривали, что выстроил его для своей семьи какой-то цыганский барон. 

Но прожили они в своём дворце недолго, один за другим умерли все дети, затем мать семейства, а после сгинул невесть куда и сам барон. 

То ли уехал подальше от невыносимого горя, то ли ещё что с ним случилось. В то время это особо не выясняли. Спустя положенное время дом отошёл наследнику — младшему брату барона. 

Тот был парнем молодым и горячим. Переехав в такой дворец, закутил он по полной, ежедневные гулянки, попойки с друзьями и прекрасными девицами… 

Денежную часть наследства лихой цыган промотал уже в первые несколько месяцев. 

А затем принялся распродавать имущество. Друзья как-то быстро испарились, нарядные девицы не отплясывали больше по ночам в большой зале, уныние и тишина поселились под высокими сводами. 

То ли внезапно постигшая нищета была тому причиной, то ли что ещё, только вскоре нашли наследника лежащим на полу посреди той самой залы. 

Он застыл в позе молящегося человека — преклонив голову и сложив руки. Поскольку жены и детей у него не было, похоронили ромалы наследника всем табором, да и уехали прочь с этого места, бросив свои домишки, что стояли кучей на окраине городка. 

Старейшая цыганка табора сказала, что место это проклято, и через барона проклятие падет и на головы всего табора. Потому уходить нужно было с этих краёв. 

После того долгое время дом стоял в одиночестве, несмотря на то, что кругом кипела жизнь, по улице сновали повозки и люди, кричали торговцы, зазывая покупателей, ребятишки катали обручи и гонялись за голубями, весело хохоча. 

Шли годы, сменялись эпохи, но над домом время было будто бы не властно. Он стоял совершенно нетронутый ветрами и дождями, здесь не бывали расхитители имущества и просто мелкие озорники, здесь не ходили даже кошки. 

Кругом перестраивались здания и мостились дороги, менялись наряды прохожих и автомобили, но цыганская усадьба, как прозвали её в народе, стояла цела и невредима. 

Это казалось невероятным, но даже стёкла за ажурными решётками высоких стрельчатых окон оставались целыми. 

Конечно же были попытки властей занять данное здание и устроить в нём что-то полезное для города, однако всё было безуспешно. 

Срывались сделки, ломалась техника, рабочие отказывались работать по непонятным причинам. 

Вновь дом стоял в безмолвном одиночестве своём. 

Лишь иногда мелькал в тёмных окнах блуждающий голубоватый огонёк. Так было до того дня, пока на ступенях старого дома не оказалась девочка. 

На вид ей было лет двенадцать, худенькая, с коротко остриженными чёрными волосами и бездонными голубыми глазами на бледном личике. 

Девочка одета была в потёртые джинсы и безразмерный свитер непонятного цвета, по всей видимости бывший когда-то зелёным. 

Поморщившись, она потёрла с досадой локоть, на котором красовалась свежая ссадина от острого сучка. Она ободрала руку, пока пробиралась сквозь эти дебри к крыльцу. 

Девочку звали Юлька. Три недели назад она в очередной раз сбежала из ненавистного детдома. Это была далеко не первая попытка её побега, но ещё ни разу Юльке не удавалось уйти так далеко. 

На этот раз она добралась до города, в который давно мечтала попасть, потому что где-то здесь должна была жить её мама. 

Детдом, в котором Юлька жила практически с рождения, попав сюда из дома малютки, располагался в райцентре. 

Конечно Юльке всегда говорили, что она круглая сирота, но она-то знала, что это не так. У неё была мама. И однажды, когда она доняла вконец дородную няню Каролину Петровну своими расспросами, та бросила в сердцах: 

— Да жива, жива твоя мама! 

— Вот, я же знала! — обрадовалась Юлька, 

— А адрес её вы знаете? 

— Восточная, 35, — ответила Каролина Петровна первое, что пришло ей в голову. 

Но Юлька-то была не дура. Няня думала, что девчонка тут же забудет название улицы и номер дома, как и сама Каролина Петровна. Но не тут-то было. 

Юлька прибежала в комнату и старательно, высунув язык, с усердием вывела на листе своего блокнота — улица Восточная, дом 35. После этого она твёрдо решила найти маму. 

Однако для этого было небольшое препятствие — одних их никуда не отпускали. 

Но Юлька нашла выход. Она принялась убегать. Правда её каждый раз возвращали, но зато Юлька выяснила, что в их райцентре да и в ближайших городках и деревнях нет такого адреса. 

Но вот город N, мегаполис в их области, был огромен, и уж там-то наверняка была улица с таким немудрёным названием. 

Теперь Юлькиной целью стало добраться до этого города. И сегодня цель её была осуществлена. Правда дом, располагавшийся по адресу Восточная 35 оказался вовсе не таким, каким она его представляла. 

Это был настоящий дворец, но совершенно нежилой, спрятавшийся за кустарником и деревьями, которые переплелись между собой ветвями. Юлька тихонько толкнула дверь, понимая, что вряд ли та окажется незапертой. 

Дом был похож на сказочный дворец или музей, но никак не на дом. На удивление Юльки, дверь легко поддалась и бесшумно отворилась. 

Знала бы она, сколько поколений людей пытались открыть, сломать, проломить, выкорчевать эту дверь, и никому она не поддалась. 

И вот сейчас старинная дверь распахнулась, словно невесомая вуаль, от одного лишь лёгкого дыхания девочки. 

Юлька, осторожно просунув в образовавшуюся щель свой курносый носик, огляделась и затем вошла. То, что она увидела заставило её замереть от восхищения на месте. 

Раньше подобное она видела разве что в кино, которое им разрешали смотреть по выходным. Высокие подсвечники, стоящие вдоль стен, хрустальная люстра, свисающая длинными нитями с потолка — Юлька тронула их и они зазвенели, переливаясь. 

Бархатные кресла и диванчики с гнутыми короткими ножками разместились тут и там. 

Тяжёлые портьеры прикрывали окна. Картины на стенах были настоящим произведением искусства. На круглом столике стояла ваза с засохшими цветами. Юлька подошла ближе и прикоснулась пальчиками к увядшим лепесткам, в ту же минуту цветы рассыпались в пыль. 

Юлька восхищённо глазела по сторонам, блуждая из одной комнаты в другую. Это было царство спящей царевны, сказка, ставшая былью. 

Великолепие старины и покрытая пылью роскошь царили кругом. 

— Неужели моя мама настолько богата? — подумалось Юльке, 

— Тогда почему она оставила меня? Быть может ей не позволили строгие родители? Может она родила меня будучи не замужем? Но где же она? Тут никто не живёт уже давным-давно… 

И всё же странно, здесь не ступала нога человека кажется уже сто тысяч лет, но при этом всё на своих местах. Как же всё это не украли?! Девочка взяла в руки большой стеклянный шар, стоявший на столике, подножка его была сделана, похоже, из чистого золота. 

Юлька протерла шар рукавом свитера и он вдруг засверкал от упавшего на него луча солнца, клонившегося к западу. 

Кровавый закат отразился на поверхности шара, скользнул внутрь и рассыпался там сотнями искр. Юлька замерла от увиденного. Она осторожно поставила шар на место и с любопытством уставилась в него. 

Внутри множилось отражение мебели и картин, что висели на стенах, преломлялось, расплывалось и плыло вдаль. 

— Какая забавная вещица, — восхитилась Юлька. Внезапно внутри шара что-то мелькнуло. Юлька насторожилась, это движение не похоже было на простое отражение. 

— Оно было, — Юлька не могла подобрать слов…. — Живым! 

Девочка испуганно попятилась, уперлась спиной в стену, замерла в ожидании чего-то неизведанного и страшного. Шар вдруг вспыхнул, задрожал, затрясся, и маленькая голубоватая точка появилась в его центре. 

Голубая звездочка все росла и росла, и вот уже сияние её вышло за пределы шара, расплылось по комнате, в которой царили сумерки, и, дрогнув, начала принимать очертания. 

Юлька сидела на полу, вжавшись в угол, и ничего не соображая от ужаса. Перед ней в голубоватом свете стояла юная девушка. Волосы её спускались по плечам почти до самого пола, тонкие черты лица были прекрасны и нежны. 

Она подняла тонкую руку, приветствуя гостью этого дома, и Юлька услышала тихий, мелодичный голос. 

— Здравствуй, Юлия! 

— Откуда ты знаешь моё имя? — осмелев спросила Юлька. 

— Мы всё знаем и всё видим. 

— Кто это — мы? 

— Те, кто не живые и не мёртвые. 

Юлька, вытаращив глаза, посмотрела на девушку: 

— Ты хочешь сказать, что ты… Не живая… Погоди, призрак что ли? 

— А не похожа? — грустно улыбнулась девушка. 

— Я думала ты, ну, к примеру, голограмма какая-нибудь… Ну не верю я в привидений! 

Девушка подошла ближе к девочке: 

— Но тем не менее, так оно и есть. Я призрак или неупокоенная душа. 

— А почему ты не покой… Неуза… Как там? — Неупокоенная. 

— Да. Девушка вздохнула. 

— Я расскажу тебе свою историю. А ты можешь поверить в неё или же нет, но я бы очень хотела, чтобы ты поверила. 

Юлька, видя, что девушка не причинит ей вреда, осмелела окончательно и даже подобралась поближе к ней, присев на пыльное бархатное кресло. — Слушай. Давным-давно в этом городе жили цыгане. 

Они не были кочевниками. Их дома стояли за городом, на берегу реки. Их барон, человек богатый, однако, не захотел жить вместе со своими, а выстроил целый дворец в центре города, выкупив под строительство землю у нескольких лавочников. 

Барон владел просто немыслимым состоянием. Но насколько он был богат, настолько же он был злобен, жесток и властен. Деньги мало кого делают лучше и он не был исключением. 

Тем более богатство его явно было не праведно нажитым. И как на грех влюбился этот жестокосердный человек в прекрасную юную девушку из дворянской семьи. 

Он грезил о ней день и ночь, желая иметь её у себя, словно заморскую диковинную птичку, что жили в его дворце в золоченых клетках. Но получить её замуж было, конечно, немыслимо. 

Несмотря на всё его богатство слишком велика была пропасть между их сословиями. Да и не одна в здравом уме не пошла бы за него, слишком он был жестоким. 

В слепой ярости барон выждал однажды момент и подкараулил эту девушку. Она гуляла в своём саду. 

Он связал ей руки и завязал глаза и рот, приволок её в свой дворец и здесь надругался над нею. 

А после всего стал предлагать ей все свои богатства, чтобы она согласилась стать его женой, смеялся над нею, мол, выбора у тебя теперь всё равно уже нет, кому ты нужна, порченая, позор для семьи. 

А когда девушка плюнула ему в лицо, он рассвирепел и ударил её. Девушка упала навзничь. Но это не остановило его, он продолжал до тех пор, пока она не перестала дышать. 

Тогда он поднял её и отнёс в подвал. Там, в стене, он замуровал тело так, что не видно было и следа, ведь дом был новым и каменная кладка свежей. 

Конечно девушку долго искали, но она исчезла бесследно. Против барона не нашли улик. Спустя всего месяц он женился на одной из своих, сделав несчастной ещё одну судьбу. 

Он не любил её. Шло время, у барона с женой стали рождаться один за другим дети. Но все они умирали, не дожив и до года. Никто не мог найти причину этого. Затем умерла и жена барона. 

А он сам в страхе сбежал из своего дворца. — Что же его так испугало? — спросила Юлька. — Я старалась, — улыбнулась девушка. Юлька понимающе кивнула : 

— Этой девушкой была ты? 

— Да. В комнате воцарилось молчание. 

-Значит моя мама никогда не жила здесь? 

Призрак грустно покачал головой. 

— Значит Каролина Петровна обманула меня? 

— Ну что ты молчишь, вы же всё знаете! Где моя мама?! Скажи мне, скажи! Я жила этой мечтой, ожиданием встречи… 

Девушка подошла к Юльке: 

— Твоя мама тебя очень любила и она не бросала тебя. Когда ты родилась, мама сильно заболела, она долгое время находилась на грани между жизнью и смертью. 

В это время её родители, твои бабушка и дедушка, не очень благополучные люди, забрали тебя к себе, так как отец твой бросил маму, лишь узнав о её положении. 

Но заботы бабушки и дедушки хватило ненадолго, ты мешала им пить и кутить с собутыльниками своим плачем. 

А поскольку они уже потеряли человеческий облик, да и думали, что мама твоя уже не придёт в себя, то они подбросили тебя к дому малютки. 

— Они живы? 

— Давно уже нет. Их образ жизни слишком был далёк от здорового. 

— А мама? — спросила Юлька, глотая подступивший к горлу, комок. 

Девушка улыбнулась: 

— Твоя мама жива, она ищет тебя все эти годы. 

Юлька подскочила и в волнении прижала руки к груди: 

— Но почему она до сих пор не нашла меня?! 

— Твои бабушка и дедушка постарались отвезти тебя подальше от родного города. — Скажи мне как найти её! 

— Юлька подскочила вплотную к призраку, но та быстро отшатнулась. — Осторожнее, тебе нельзя прикасаться ко мне! 

А помолчав немного, ответила: — Я помогу тебе, если и ты поможешь мне. — Но чем я могу тебе помочь, — удивилась Юлька. 

— Я не могу покинуть этот дом. 

— Почему? 

— Умирая, я прокляла барона и весь его род. Это было моей ошибкой. Я ведь была невинноубиенная, и не прокляни я его, отправилась бы сразу в рай. 

Но теперь этот грех проклятия не отпускает меня, я прикована навсегда к этому месту. Поначалу я даже радовалась, когда смерть уносила жильцов дворца одного за другим. 

Но потом… Призрак вздохнул. 

— Я так устала. Я мечтаю обрести покой так же сильно, как и ты хочешь найти свою маму, понимаешь? 

Юлька кивнула. 

— Понимаю, но я не знаю как помочь тебе. 

— Я научу тебя. Для начала ты должна вернуться в детский дом. Затем ты пойдёшь в антикварную лавку вашего города и отдашь владельцу лавки вот эту вещицу, — девушка указала пальцем на большой кулон, лежащий на столике. 

— Но ведь он спросит документы и где я его взяла, ещё чего доброго вызовет полицию. 

— Об этом не беспокойся, хозяин лавки слишком скуп и жаден до такого богатства. 

Тем более он не даст тебе и десятой доли стоимости этого кулона, откупится копейкой. Но это не страшно, тебе сполна хватит этой суммы. Не торгуйся с ним. 

Дальше ты должна будешь заказать сорокоусты о помине души Елизаветы в сорока церквах. 

А после ждать. 

— Чего ждать? 

— Увидишь. Если Господь простит меня, то ты поймёшь это. А сейчас ложись спать. Не бойся, тебя никто не тронет в этом доме. Двери открылись впервые за много лет лишь для тебя. 

— Но почему они открылись? 

— спросила Юлька. 

— Потому что мы с тобой одной крови. 

— Как же так?! 

— Ты прапраправнучка одного из моих братьев, Юлия. А сейчас ложись, утром отправишься в путь. Наутро Юлька проснулась на одном из диванчиков, что стояли в гостиной. 

Отряхнувшись от пыли, она огляделась по сторонам. Всё, случившееся вчера, казалось ей сном. 

Но на столике лежал тот самый кулон с огромным рубиновым камнем. Юлька положила его в рюкзачок и, открыв входную дверь, вышла на крыльцо. 

Немного постояв, она вдруг спохватилась, и резко повернула обратно, намереваясь забрать с собой и тот стеклянный шар, из которого накануне появилась девушка. 

Но как она не толкала тяжёлую, дубовую дверь, та не поддавалась ей. Она закрылась навечно. Юлька вздохнула и начала продираться сквозь заросли. 

Оглянувшись на прощание, она увидела, как в одном из высоких стрельчатых окон мелькнула голубоватая звёздочка и тут же погасла. *** 

Юлька всё сделала так, как просила её девушка из проклятого дома. Прошло несколько месяцев. В жизни Юльки ничего не менялось и она не знала, сумела ли она помочь несчастной. 

Но в один из дней Юльку вызвали в кабинет директора. Войдя, она увидела помимо взволнованного директора, сидевшую на стульчике женщину. 

Женщина поднялась навстречу Юльке и остановилась, не в силах что-либо произнести. По её щекам текли слёзы. Юлька замерла, пораженная… Она всё поняла. Не умом, нет, но сердцем. 

— Мама!! Они кинулись навстречу друг другу и, обнявшись, плакали и смеялись, как сумасшедшие. 

А директор стоял в стороне и качал головой, не в силах поверить в чудо. — Ты нашла меня, мама… 

А в те самые минуты, когда Юлька встретилась с мамой, за много километров от них, в большом и шумном городе, внезапно рухнул старый особняк, о котором ходило множество легенд, перепугав прохожих. 

Очевидцы пытались было, пробравшись на руины, отыскать там сокровища барона, да только не нашли ничего, кроме груды камней и битого стекла. Всё обратилось в прах. 

Позже, когда специальные службы разбирали завалы, в самом низу обнаружен был скелет, но едва к нему прикоснулись он рассыпался в пыль. 

Юлька увидела репортаж об этом по телевизору, когда мама готовила на кухне ужин, и тихо улыбнулась: — Ты обрела покой, Елизавета, спасибо тебе за маму…

Author: Scary

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *