ArabicArmenianAzerbaijaniChinese (Simplified)EnglishFrenchGeorgianGermanGreekKazakhKoreanPortugueseRussianSpanishTajikTurkishUkrainianUzbek

Не нужно злить банника

 

банник

Иногда забытые предания оживают и в наши дни. Ни кто из компании туристов не думал, что они попадут в такую жуткую историю. Но страшные и мистические истории из жизни происходят здесь и сейчас… 

Рассказал мне эту историю мой давний знакомый, любитель длительных походов с палатками да рюкзаками по разным уголкам Сибири. 

Так вот, отправился он в очередной раз покорять тайгу в феврале с какой-то незнакомой туристической компанией, но, с очень опытным (по рассказам и отзывам) походником-мужчиной, который в лесах провел больше времени, чем на работе. 

Этакий мужчина с бородой, всегда в форме, способный и рюкзак чужой донести, и костер с помощью одной спички зажечь. Вышли в поход рано утром и к вечеру дошли до первого привала: небольшого зимовья с собственной баней. Разбили маленький лагерь, затопили баню и давай ужин готовить. 

Компания была небольшая, три девушки и четверо парней, включая проводника Павла и моего знакомого. По окончании ужина засобирались девушки мыться. Что может быть лучше горячей бани в холодный морозный день в походе? 

Однако, Павел их остановил, говорит: «Нельзя банника злить». Издавна первыми в баню ходили мужчины (первый пар — самый опасный и нещадный), потом-женщины, а в последнюю очередь дети и старики. 

Но девушки не послушались, сказав, что в 21 веке глупо опираться на эти предрассудки. Павел пожал плечами и ничего не сказал. Спать легли без приключений: бросили в зимовье спальники, потушили костер.

Но весь ужас начался ночью (далее — со слов знакомого — Александра). Сначала в дальнем углу зимовья загорелся свет, причем необычный — от керосиновой лампы. «Странно» — подумал я, ведь ни у кого с собой этой лампы не было — у всех фонарики. 

Может она была в зимовье? А керосин тогда откуда? Свет погас. Только успокоившись, я лег на другой бок. Но начался скрип. Еле слышный скрип половиц, будто кто-то крадётся. Я замер, думаю, пережду. 

А кто-то будто ходит рядом, прям чувствую тепло и дыхание. И нет бы закричать, разбудить всех, дак нет — лежу и молчу. Слышу шорох на соседней койке. Может из ребят кто-то чувствует тоже самое? 

И тут резко все прекращается и в этот же момент одна девушка встаёт и выбегает на улицу со словами » я в туалет». Выдохнул, думаю, пора спать. Но сна нет. А время все бежит, но моя спутница не возвращается. 

Подождал ещё 5 минут и вышел на улицу. Тишина и пустота. Ноги сами по себе понесли в баню. Открыв, дверь я увидел картину, которая до сих пор снится мне в самых страшных снах: лежит на полу моя рыжеволосая спутница. 

Но вместо рыжих волос — длинная-длинная седая шевелюра. И самое главное — руки. Обгорелые руки, от кистей до локтя. При этом в бане — ни огонька. 

На ватных ногах бегу в зимовье, помощи позвать. Но на входе меня встречает другая девушка, видимо понимает все по моему дикому взгляду и бежит в баню, бросая на ходу «разбуди всех». 

Легко сказать. Захожу в дом и поднимаю троих парней, включая Павла. Последнюю девушку решаем не тревожить, хватит с нас женских слез и криков. Возвращаемся в баню. 

А там рядом с рыжеволосой спутницей сидит вторая девушка…и ест свою руку. Спокойно так, без криков и боли, будто ничего не изменилось. Только волосы — опять седые. 

Первый из ступора вышел Павел, подбежал к ней, попытался привести в чувство, однако на всю баню раздался крик девушки «я тебе сказала — не зли банщика». 

Решили вернуться в зимовье и бежать отсюда. Но видимо этому нельзя было свершиться. На входе стояла наша третья спутница. Голая. В тридцатиградусный мороз. 

С керосином и спичками в руках. Чирк. И загорелась она и зимовье разом. Все что помню — как падали на снег, надышавшись углекислым газом. Очнулись от мороза. Вчетвером с парнями. 

Осмотрели все вокруг: полусгоревшее зимовье, целая баня, а самое главное — нет наших девушек: ни живых, ни трупов. И следов вокруг никаких. Возвращались домой бегом и молча. 

Все что я тогда понял — видимо действительно нельзя злить банника. Через 4 месяца все успокоилось и мне даже стало казаться, что это было не со мной. 

Только в июне Павел позвал меня восстанавливать после пожара зимовье. Не знаю, почему, но я согласился. Управились за 2 дня, без происшествий. Напоследок решили сходить в баню. 

Я выходил последним. Одеваясь в предбаннике, я заметил под лавкой что-то до боли знакомое — огромной клок седых волос.

Группа сайта

 

You may also like...

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *