ArabicArmenianAzerbaijaniChinese (Simplified)EnglishFrenchGeorgianGermanGreekKazakhKoreanPortugueseRussianSpanishTajikTurkishUkrainianUzbek

Жених из озера

 

Жених из озера

Дом стоял на берегу большого озера. По утрам подёрнуто оно было дымкой тумана, клубилось и манило таинственным своим зовом, шуршали-шептались осока и камыш, переговариваясь промеж себя, под дыхание ночного ветра, отражались в водной глади, как в зеркале, последние мерцающие звёзды, уже тающие под розовеющей зыбкой полоской рассвета, плывущей с востока.

Дом был старый. Тёмные от времени брёвна кое-где покрылись мхом, серые ставни запирались на ночь от холодных ветров и непрошеных гостей из леса. Деревянное крылечко с резными столбиками пристроилось справа от калитки.

На невысоком плетне висели под солнцем кувшины и горшки. Жили в доме бабушка с внучкой. Поселились они здесь ещё тогда, когда семья их была большой и шумной. Отец, мать, дочка Зиночка трёх лет, пожилые родители, да отцовы братья-сёстры младшие, что ещё пока не вошли в возраст женитьбы.

Работа кипела в хозяйстве, у каждого дело своё было, не ленились, не скучали, дружно жили. Но пролетели годы, подросли младшие, покинули родительское гнездо, разлетелись кто куда. Умер старый хозяин, отец семейства. А с Зиночкиными родителями беда приключилась, угорели они однажды в бане. Так и остались бабушка да внучка

Зиночка одни, в весёлом когда-то, и наполненном смехом и радостью, доме. Зиночка и от природы была девочкой задумчивой да тихой, а после потери родителей и вовсе закрылась от людей. Деревня-то чуть поодаль стояла, и ребятишки прибегали к озеру поиграть да и Зиночку звали с собой, но она игр их не любила, всё больше нравилось ей одной.

Сядет у воды, перебирает камушки, из травинок браслеты плетёт, рисует на песке кончиком острой веточки. Осенью, как листва опадала разноцветным ворохом, гуляла она вдоль берега, обходя неспешно всё озеро по кругу, останавливаясь и рассматривая резные листья, шишечки и сухие ягоды, оставшиеся в высокой траве капелькой ушедшего лета. Зимой же, когда задували с севера ледяные ветра, принося с собою снег и вьюги, когда в печной трубе выли метели и братья их, бураны, заметали Божий мир, Зиночка спускалась на особое место у воды, где лежал большой камень-валун, и где снег держался крепко, не проваливаясь, и стояла там, глядя на спящее царство воды.

Так и жили тихонько. Бабушка домом занималась. Зиночка в деревенскую школу ходила. Вот и исполнилось девушке семнадцать лет, заневестилась. И парни местные на неё заглядываться стали, хорошая девчоночка вышла — ладная да красивая, и скромностью взяла, и умом. Да только Зиночке никто не глядится из тех парней. Кажется и вовсе ей никто не нужен.

Всё в своих мечтах она да раздумьях. И вот одним летним вечером пришла Зиночка как обычно на берег озера, села у воды. Звёзды взошли уже над лесом и месяц рогатый отразился из-за Зиночкиного плечика в зеркальной глади, пробежала по озеру лунная дорожка. Крикнула протяжно ночная птица где-то за лесом. Прошелестели травы шёпотом. Вода за большим камнем всплеснулась, будто нырнул кто и снова тихо.

Сидит Зиночка, своим любимым делом занята — камушки перебирает, в руках перекатывает, между пальчиками, словно драгоценные они. И вдруг мелькнуло что-то на одном из них — будто бы узор какой затейливый. Подивилась Зиночка, подобрала снова тот камушек, да поближе к глазам поднесла и видит она в лунном свете, что на бочке-то его и вправду написано что-то. — Приходи ко мне завтра в девять вечера, — прочитала девушка.

Задумалась. — Что за чудеса такие? Чьи это шутки? Огляделась она кругом — никого. Лишь травы да деревья, деревенька вдалеке, за лугом, полускрытая лесом, их с бабушкой избушка под соснами, да и всё на том. Прошлась Зиночка по берегу, сжимая в руках заветный камушек, взволновалось всё ж таки сердечко её. И возраст подошёл самый такой, когда пора влюбляться и ждать чуда, и сама-то она была не от мира сего — особая, ранимая, романтичная, вот и запало ей случившееся в голову. Вернулась Зиночка домой, бабушке ничегошеньки не сказала, чаю попили, да спать разошлись. На следующий день хлопочет девушка по дому, а у самой все мысли о том камушке.

Кто мог его подбросить? Кто такие слова на нём написал? А ведь слышала она, как вода за валуном всплеснула, может кто-то подплыл тайком тогда? Кружили вопросы в её головке, не давая покоя. А как пробили ходики с кукушкой девять, так пошла она на берег озера. — Холодно уже, куда ты? — позвала Зиночку бабушка. — Да я ненадолго, бабуленька, — отозвалась девушка, накинула на плечи большую шаль и выбежала из дома. Тишина застыла на берегу.

Ночь нынче тёмная выдалась, ни звёзд на небе, ни месяца. Тревожно было у воды, неуютно. Только Зиночка того не заметила, мысли её камушком были заполнены, а вдруг и правда придёт сейчас кто, тайный поклонник её? Встала она у валуна, ждёт. Нет никого. Замерзать уже стала, всё ж таки дело к августу шло, да и у воды оно всегда холоднее. А никого всё нет. Поникла Зиночка, голову опустила, не иначе, как посмеялся кто над нею из деревенских.

А она, глупая, вообразила себе невесть что, напридумывала. Только хотела было она развернуться, как по воде волны пробежали, кусты зашелестели, и голос послышался: — Зиночка-а-а-а… Вздрогнула девушка, испугалась. Никого нет, а чудится ей, что стоит с нею рядом кто-то, вот чувствует она, как по руке её тёплый ветерок пробежал, щеки коснулся, по волосам погладил. Замерла она, дышать боится. А голос тот таинственный не ушами слышит она, а будто внутри, в голове он звучит.

И тут филин заухал в лесу. Очнулась Зиночка от оцепенения своего, повернулась к дому да и побежала прочь. На другой день не пошла девушка к любимому озеру, неспокойно было на сердце у неё. А всё ж таки любопытно ей, что же такое происходит? Кто это всё придумал? Может Никитка? Да он не такой, ему и в голову не придёт. Может Женя? Тоже не то.

Так перебирала Зиночка мысленно деревенских парней, но ни на ком так и не остановилась она. Следующим утром решила всё ж таки Зиночка прогуляться на берег. День на дворе, что плохого может случиться. Да и в свете дня подумалось ей, что она и вовсе всю историю придумала, привиделось ей, послышалось, иначе и быть не может. С теми думами и пришла она к валуну. Глядь, а на камне кувшинка лежит — огромная, жёлтая, капли влаги на ней блестят , словно вот только из воды её достали. Подошла Зиночка поближе, забралась на валун, склонилась над цветком, что такое? А внутри, в самом венчике-то снова камушек лежит.

Да красивенький такой, гладкий, зелёненький полупрозрачный. И снова на нём нацарапано что-то. Взяла Зиночка камушек тот тонкими пальчиками, а на нём слова: «Моя ты теперь». Обернулась Зиночка по сторонам — никого, лишь снова всплеснуло в воде. Да что за дела происходят? А сердечко-то ещё больше зашлось — кто-то её полюбил! — Ну что же, не хочет поклонник показываться и ладно, так даже интереснее, — подумала Зиночка, — Поглядим, что дальше будет, а бабуле пока ничего не скажу, а то ещё и вовсе запретит на озеро ходить, что тогда? Так и повелось. Днём находила Зиночка камушки разноцветные на берегу озера с посланиями, а по вечерам приходила на встречу с женихом невидимым и говорили они подолгу.

А как говорили, она и не пересказала бы, коль бы кто спросил её. Не видела она никого глазами и не слышала ушами, а всё ж таки был кто-то рядом. Незримый, тайный, и оттого ещё более манкий. Словно морок нашёл на Зиночку, не понимала она уже, не ведала, что дело-то тут недоброе, тёмное. И так она втянулась в те ночные свидания, что и помыслить не могла, что же будет вскоре, когда осень наступит и холода придут.

А ну как не покажется до тех пор этот поклонник? Так и будет камушки бросать да в невидимку играть? Должны же они когда-то и увидеться! Вот и вечера уже стали холодными, прелой травой запахло в саду, птицы к югу потянулись стаями, листья зазолотились. Зябко было у воды теперь, а жених всё не показывался, и от себя не отпускал, извелась уже Зиночка. Невдомёк ей, что не человек с ней шутки шутит.

Молоденькая, наивная совсем… Но вот в один из дней, когда небо покрыто было тяжёлыми тучами, нашла Зиночка камушек очередной и прочла на нём: «Пора. Нынче заберу тебя». Сердце застучало в груди как бешеное. Что делать? Как быть? Что значит — заберу, когда они и не видели ещё друг друга. Ну парень-то, положим, и видел её, а вот она, Зиночка, и понятия не имеет каков он и кто будет. Тревожно на душе у девушки. А всё ж таки и в эту минуту не одумалась она. — Будь что будет, — думает, — Приду сегодня на берег, раз такие слова он мне пишет, значит показаться решил.

Вот и хорошо. Домой придём, с бабушкой его познакомлю. Сама наконец увижу чей он. Сколько можно прятаться. Опустился над лесом звёздный шатёр. Свет зажёгся в окнах старого дома под соснами.

Засобиралась Зиночка к озеру. А бабушка словно чует что-то, не отпускает её. — Что ты, девка, ведь темень какая, ты погляди как ветер завывает нынче! Никак ненастье идёт. А у Зиночки тяжело в груди, давит ей сердце, мочи нет, как заколдованная, всё в окно глядит, глаза горят как в лихорадке. — Пойду я, бабонька… — Да что с тобой? Тут и рассказала Зиночка всё бабушке, про жениха невидимого, про встречи их вечерние, про камушки те с надписями.

Охнула бабушка, да перекрестилась, бросилась ставни запирать, а после, как в избу вернулась, да дверь на засов закрыла, посадила она внучку супротив себя, и вот что она ей поведала. — Жил в деревне нашей парень один, Володей звали. Моих годов он был. И вот полюбил он девушку одну, Василинку, а та ему не ответила взаимностью. Он уж и так и сяк кружил околь неё, та ни в какую.

Ну не люб, что поделать, сердцу не прикажешь. А хороши оба — и Василинка, и Володя. Заглядывались на них противоположной-то пол, выбирай себе пару да семью строй. Ну Василинка так и поступила. Сошлась она с Анатолием, свадьбу сыграли. А Володя как с ума сошёл… И вот ведь что натворил — пришёл он на озеро в день свадьбы Василинкиной да и утопился. С той поры несколько раз девушки тонули молодые на нашем озере. И каждая вот про то же баяла, что и ты, про жениха невидимого, который зовёт за собой. Ложись-ка ты, дочка, спать, утро вечера мудренее, а там видно будет как нам быть. Легли они с бабушкой спать.

А за окном ветер воет, дождь полил, буря разыгралась, молнии даже сквозь ставни всполохами огненными избу озаряют, жуть… Зиночка в кровати мечется, уснуть не может. И всё бежать порывается к озеру. Бабушка над нею встала, слова какие-то шепчет, свечу зажгла перед иконами, комнату водою крещенской окропила. Мало-помалу забылась Зиночка тяжёлым сном и бабушка прилегла в своей комнатке. А наутро как проснулись они, то увидели, что руки у Зиночки все в синяках, словно тянул кто её, а сорочка и постель тиной озёрной измазаны…

После всего заколотила бабушка дом, да и уехали они от греха подальше жить в город, к одной из дочерей , Зиночкиной тётушке. Там Зиночка и учиться пошла в училище, а спустя несколько лет и замуж вышла за парня хорошего. А дом на озере так и стоит по сей день с заколоченными ставнями…

 

Автор: Елена Воздвиженская

 

Источник

 

You may also like...

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *